The Bell

215 подписчиков

Свежие комментарии

  • Дмитрий Захаров
    Это СШП и их шавки, кичливо называющие себя "весь мир", становятся изгоями во всём мире реальном.Россия приближает...
  • Александр Бабин
    Да подождите до зимы.Лидеры стран ЕС г...
  • Uri Strukow
    "На форуме юристов в Питере выступят Соловьев, игуменья и певец Миша Маваши"... А кто такой Соловьев?Юридически-патрио...

Новая нефтяная игла, экономист Бранко Миланович о последствиях войны и покупатель российского McDonald’s

Новая нефтяная игла, экономист Бранко Миланович о последствиях войны и покупатель российского McDonald’s

Новая нефтяная игла, экономист Бранко Миланович о последствиях войны и покупатель российского McDonald’s

Закрытая экономическая статистика и беспрецедентность кризиса затрудняют оценку последствий «военной операции» для российской экономики. Но одно последствие уже очевидно — Россия все сильнее подсаживается на нефтяную иглу. Это четко видно по апрельским цифрам об исполнении федерального бюджета: нефтегазовые доходы растут, а все остальные — так же уверенно падают. Судя по последним данным о закупках российской нефти Китаем, эта тенденция продолжится, но выгода от «поворота на Восток» будет ограниченной: большие китайские компании пока готовы работать с Россией, но только с очень большими скидками.

Что происходит

The Bell изучил данные Минфина об исполнении федерального бюджета (последние данные опубликованы за апрель 2022 года 17 мая). На их основании можно оценить влияние «военной операции» на экономику.

В целом ненефтегазовые доходы (НДС, НДФЛ, налог на прибыль и др.) в апреле сократились на 18% в годовом выражении (1,058 трлн рублей против 1,29 трлн рублей в апреле 2021 года). Поступления от экспорта нефти и газа, несмотря на санкционные дисконты, продолжают поддерживать российский бюджет.

Нефтегазовые доходы на фоне высоких цен на нефть (в апреле, по данным Минфина, средняя цена Urals составила $70,5, дисконт к Brent — $35) составили в апреле 1,8 трлн рублей против 1,2 трлн рублей в марте. По сравнению с апрелем 2021 года нефтегазовые доходы бюджета удвоились. Их доля в совокупных доходах бюджета по итогам месяца составила 63%, четырех месяцев 2022 года — 48% (по итогам 2021 года эта цифра составляла 36%, 2020-го — 28%, напоминает «Коммерсант»).

Но и рекордный рост нефтяных сверхдоходов не помог бюджету выйти в плюс. За апрель 2022 года сформировался первый в этом году помесячный дефицит федерального бюджета в размере 262,3 млрд рублей. По итогам четырех месяцев года пока еще фиксируется профицит на сумму 1,04 трлн рублей.

Министр финансов Антон Силуанов в конце апреля оценил возможный дефицит федерального бюджета по итогам 2022 года минимум в 1,6 трлн рублей. В ответ на вопрос, какого максимума может достичь дефицит, Силуанов пояснил: «Все будет зависеть от мер реагирования, сколько принято каких мер поддержки. Я надеюсь, что основные приняты». Из его слов следовало, что антикризисный пакет мер поддержки экономики обойдется бюджету в 4 трлн рублей.

Провал без нефти и газа

Первая деталь, которая бросается в глаза в данных Минфина (не считая роста военных расходов), — провал в сборах НДС. Вместе с налогом на добычу полезных ископаемых (НДПИ) это один из двух главных налогов для российского бюджета: он обеспечивает около трети всех его доходов и почти 60% всех ненефтегазовых доходов. Конечные плательщики НДС — россияне: в бюджет 20%-й налог уплачивает бизнес, но автоматически перекладывает его в цены товаров и услуг для конечных потребителей.

Внутренний НДС в апреле 2022 года поступил в бюджет в объеме всего 192 млрд рублей — более чем вдвое меньше, чем в апреле 2021 года (415 млрд). Сборы НДС с импортных товаров в апреле 2022 года сократились в полтора раза в годовом выражении (212,5 млрд рублей против 330,5 млрд в апреле 2021 года). Эта цифра отражает уплату налога за январь—март: НДС платится поквартально, и до 25 апреля компании перечисляют первую часть налога по итогам работы в первом квартале.

Причины такого драматичного сокращения налоговых поступлений могут быть связаны с сочетанием нескольких факторов. Первый — «бумажный»: с первого квартала 2022 года расширилось применение заявительного порядка возмещения НДС, при котором бюджет сначала удовлетворяет заявления компании о возврате налога, а только потом налоговики проверяют его обоснованность и при необходимости возвращают обратно в бюджет. На это нововведение сослался в разговоре с The Bell и представитель Минфина, добавив, что говорить о сокращении НДС по итогам одного месяца некорректно, поскольку это квартальный налог.

Но весь обвал ускоренным возвратом НДС объяснить невозможно — тем более что для крупных компаний, уплачивающих более 2 млрд рублей налога за три года, этот порядок действовал и раньше. На сборах НДС сказались начавшееся в марте сжатие потребления (свежие данные по розничной торговле за апрель станут известны только 1 июня) и массовый уход из России зарубежного бизнеса. «Выручка большого количества компаний упала именно к апрелю. Выпали не только все, кто приостановил работу в России, но и те, кто их обслуживал, лишились клиентов и выручки. Отсюда такой сильный эффект», — считает глава налоговой практики Birch Legal Андрей Грачев.

С НДС с импортных товаров таких сложностей нет — тут все понятно. «Снижение поступлений от ввозного НДС связано с сокращением импорта, а также укреплением курса рубля в апреле текущего года», — сказал The Bell представитель Минфина.

Фактическое падение импорта в условиях засекреченной недавно статистики ФТС по внешней торговле корректно оценить пока невозможно. Остается ждать публикации отчетов других стран, которые экспортируют товары в Россию. Но на прошлой неделе журнал The Economist собрал статистику о торговле с Россией восьми ее крупных внешнеторговых партнеров (крупнейшие страны ЕС, Китай, США, Япония и Южная Корея), на которых приходится почти 60% российского импорта и более 40% экспорта. По этим странам российский импорт в стоимостном выражении упал на 44%, а экспорт — вырос на 8%.

Рост военных расходов

Расходы российского бюджета по разделу «Национальная оборона» в апреле 2022 года в номинальном выражении выросли почти в 2,5 раза, или на 130% (почти 630 млрд рублей против 275 млрд рублей в апреле 2021 года). По статьям оборонного бюджетного раздела финансируются расходы на Вооруженные силы, мобилизационную подготовку, ядерное оружие и другое. Таким образом, в апреле на военные нужды российское государство тратило 21 млрд рублей бюджетных средств каждый день.

Всего за январь—апрель текущего года по военным статьям израсходовано накопленным итогом 1,681 трлн рублей бюджетных средств, причем за счет резкого роста расходов в апреле финансирование «Национальной обороны» идет с опережением — уже исполнено 43,6% к уточненному годовому плану.

Реальные военные расходы России всегда выше официально публикуемых. Значительные средства на нужды армии идут по «мирным» статьям: например, приобретение автотранспорта для войск и субсидии предприятиям ОПК финансируются из раздела «Национальная экономика», расходы по которому в апреле 2022 года выросли на 55% в годовом выражении. Расходы по разделу «Социальная политика» в апреле выросли на 54% (843,7 млрд рублей против 545,9 млрд рублей в апреле 2021 года).

Китай помогает, но не бесплатно

Драматический рост нефтегазовой зависимости российского бюджета выглядит особенно опасным на фоне продолжающихся переговоров ЕС об эмбарго на российскую нефть. На этой неделе страны Евросоюза по-прежнему не смогли договориться с Венгрией, и шестой пакет санкций против Москвы остается заблокированным. Если европейцы все-таки договорятся, то России грозит зависимость вдвойне — еще и от китайских покупателей, которые прекрасно понимают ситуацию и уже диктуют свои условия.

В марте-апреле крупные китайские компании подходили к покупке российской нефти с большой осторожностью и воздерживались от подписания новых контрактов — весь рост российских продаж в стране приходился на небольшие НПЗ-«керосинки», а в транзакциях применялись наличные рубли и юани. Но за эту неделю появилось сразу несколько свидетельств того, что Китай постепенно наращивает закупки российской нефти.

Reuters написал о «тихом», но рекордном росте закупок российской нефти китайскими компаниями. В мае Китай получит по морю в среднем 1,1 млн баррелей в сутки (против 750 тысяч б/с в апреле и 800 тысяч б/с в среднем за 2021 год). Это примерно 10% от среднесуточной добычи нефти в России в прошлом году. В закупках лидируют не мелкие НПЗ, а крупные китайские госкомпании — Unipec, трейдер Sinopec, и Zhenhua Oil, подразделение оборонного холдинга Norinco. Танкерные перевозки обеспечивает гонконгская Livna Shipping. Наращивание импорта Китаем началось еще в апреле, уточняет Bloomberg. И Китай скупает не только нефть. Судя по китайской таможенной статистике, в апреле закупки российской нефти, СПГ и угля выросли на 75% в денежном выражении — до $6,4 млрд. Импорт нефти вырос даже в физическом выражении — на 4% год к году, до 6,55 млн тонн, по этому показателю Россия уступила только Саудовской Аравии. Поставки СПГ из России в Китай подскочили на 80%, до 463 тысяч тонн, при общем снижении импорта сжиженного топлива на треть. Импорт энергетического угля упал на 14%, до 3,8 млн тонн, но коксующегося вырос более чем вдвое, до 1,7 млн тонн. И это еще не все: теперь Китай думает закупить дешевую российскую нефть в стратегические резервы, узнал Bloomberg. Переговоры об этом ведутся на государственном уровне с небольшим прямым участием нефтяных компаний. Китай не раскрывает данные об объеме этих резервов, но с учетом коммерческих хранилищ он приближается к 1 млрд баррелей. По оценке, которую приводит агентство, свободны порядка 6% этого объема.

Но готовность китайских компаний рисковать вторичными санкциями США может оказаться не вечной, а пока она есть — она далеко не бесплатна. По данным Reuters, дисконт на российскую нефть в Китае сейчас составляет около $29 за баррель по сравнению со спотовыми ценами до начала «спецоперации». Это значит, что «китайская» спотовая цена на баррель Urals сейчас ниже $70 — на $10 ниже даже нынешней европейской цены с санкционным дисконтом.

Что мне с этого?

Даже если сейчас нефтяное эмбарго ЕС не будет утверждено, на горизонте нескольких лет Европа гарантированно откажется от российской нефти. И если ситуация не изменится, Россия окажется в незавидном положении — с выросшей зависимостью от нефтегазовых доходов, завязанных на одного покупателя, который способен без всякого стеснения использовать свое монопольное положение.

«ВОЕННАЯ ОПЕРАЦИЯ» Главное за неделю

Спустя почти три месяца после начала «спецоперации» российское Минобороны наконец смогло отчитаться об окончательном взятии Мариуполя. Украинские военные из полка «Азов» и 36-й бригады морской пехоты вышли с территории завода «Азовсталь», который обороняли полтора месяца после захвата российскими войсками города, и сдались в плен (украинская сторона называет мероприятие эвакуацией и объясняет его желанием сохранить жизни защитников «Азовстали»). Российская сторона заявляет, что всего в плен на «Азовстали» сдались свыше 2,4 тысяч человек, хотя западные военные аналитики считают, что эта цифра может быть преувеличена. Раненые перевезены в больницу близлежащего Новоазовска, а все остальные — в бывшее СИЗО в поселке Еленовка Донецкой области. Вице-премьер Украины Ирина Верещук заявляла, что пленные с «Азовстали» будут обменяны, но российская сторона ничего о таких планах не заявляла. Напротив, на следующий день после выхода первых бойцов с завода спикер Госдумы Вячеслав Володин предложил ввести законодательный запрет на обмен «нацистских преступников», а вице-спикер Госдумы, без пяти минут лидер ЛДПР и член российской делегации на переговорах с Украиной Леонид Слуцкий — отменить для них мораторий на смертную казнь. Впрочем, участвовавшая в переговорах депутат Верховной рады Кира Рудик во вторник сказала, что украинская сторона получила гарантии ООН и Красного креста, что с пленными на российской территории «будет все в порядке». Но значение Мариуполя и «Азовстали» было скорее символическим — главные события сейчас происходят на западе Луганской области, где российские войска пытаются замкнуть кольцо окружения вокруг подконтрольных Украине городов Северодонецка и Лисичанска. Это лишь часть первоначального плана «второй фазы спецоперации», предполагавшего окружение большой украинской группировки в Донбассе, но на ближайшее время он остается для России программой-максимум, считают западные военные аналитики. В Харьковской области российские войска и вовсе отступили к границе, а на юге Украины активные боевые действия не ведутся. События вряд ли будут развиваться быстро — боевые действия в Донбассе еще с апреля стали затяжными, и основную роль в них играют артиллерийские обстрелы укрепленных позиций.

РЕЦЕССИЯ-2022 Фестиваль макропрогнозов

На этой неделе Минэкономики представило сценарные условия своего макропрогноза на 2022–2025 годы в базовом и консервативном вариантах (сайт министерства не открывается с VPN).

Падение ВВП в базовом сценарии в 2022 году составит 7,8% (точное повторение рекордного в XXI веке падения 2009 года), а годовая инфляция — 17,5%, в консервативном — 8,8% и 16,5% соответственно. «Впервые в современной истории мы входим в рецессию при высоком уровне цен на сырьевые товары», — сказал представитель министерства в разговоре с РБК. В базовом сценарии реальные располагаемые доходы россиян упадут на 6,8%, в консервативном — на 7,4%. Экспорт в реальном выражении сократится в 2022 году на 14% в базовом и на 22% в консервативном сценарии. Цена на российскую нефть Urals в базовом сценарии составит $80,1 за баррель и курс рубля — 76,7 руб./$, в консервативном — $78,6 за баррель и 78 руб./$ соответственно.

В целом параметры Минэкономразвития выглядят реалистично, сказал The Bell директор по инвестициям «Локо-инвест» Дмитрий Полевой. Масштабы падения ВВП по глубине и длительности больше напоминают вторую половину 90-х — глубокое падение и медленное восстановление, если ориентироваться на суммарный прирост ВВП за предыдущие 4 года (в последние кризисы — 2008 и 2014 годов — экономика восстанавливалась намного быстрее), предупреждает он.

Консервативный сценарий Минэкономразвития выглядит реалистичнее базового, особенно по углеводородам, сказал «Ведомостям» главный экономист ВЭБ.РФ Андрей Клепач. Но даже в нем основные цифры лучше многих зарубежных оценок: Институт международных финансов спрогнозировал падение ВВП России в текущем году на 15%, Всемирный банк — на 11,2%.

Куда большим оптимистом показал себя помощник Владимира Путина Максим Орешкин. В четверг он выступил с пока что самым позитивным экономическим прогнозом: падение ВВП России в этом году не превысит 5%, а инфляция — 15%. Прогноз, впрочем, был сделан на мероприятии, где оптимизм был положен, — форуме «Новые горизонты», организованном возрожденным обществом «Знание», важнейшим проектом коллеги Орешкина по АП Сергея Кириенко.

В ЦБ считают, что время для оптимизма в экономических прогнозах пока не пришло: пусть самая свежая статистика и показывает, что ситуация в экономике развивается чуть лучше, чем это представлялось месяц назад, но в ряде отраслей наблюдается ухудшение ситуации и усиление рисков. «Делать сейчас выводы о том, что отклонение от базового прогноза идет вверх, на мой взгляд, пока преждевременно», — сказал директор департамента денежно-кредитной политики (ДКП) Банка России Кирилл Тремасов. Последний базовый прогноз ЦБ, представленный в конце апреля, дает диапазон падения ВВП 8–10%, а инфляции по итогам года — 18–23%.

По сути разницу в прогнозах сейчас достаточно трудно комментировать стороннему наблюдателю — факторов, влияющих на прогноз в 2022 году, на порядок больше, чем в обычное время, размышляет главный макроаналитик Райффайзенбанка Станислав Мурашов. Например, раньше разницу в целом можно было объяснить различием в цене на нефть и курсе рубля, сегодня же на прогноз влияют, например, предпосылки по сокращению экспорта и импорта (если речь идет про ВВП) или по серьезности возможно грядущего дефицита импортных товаров (если речь идет про инфляцию), продолжает он. Если предположить, что дефицит товаров будет перевешен эффектом слабого спроса — то ваш прогноз будет оптимистичнее, чем у того, кто полагает, что дефицит будет играть определяющую роль, замечает Мурашов.

ПОДДЕРЖИТЕ THE BELL

Война полностью изменила нашу жизнь. О ее последствиях для каждого из нас мы в режиме онлайн пишем с 24 февраля. Мы никогда не брали денег за контент с читателей, считая, что можем зарабатывать сами. Наш доход формировался за счет рекламы, мероприятий Bell.Club и образовательных программ IN SCHOOL. Но теперь эта бизнес-модель, как и многое другое в экономике, рухнула.

В сегодняшней ситуации мы принципиально не хотим делать наши ежедневные рассылки и сайт платными, так как считаем: ценность непредвзятой информации сейчас велика как никогда. Но, чтобы продолжать работу, The Bell нужно ваше участие.

Теперь вы можете поддержать The Bell, даже если вы не в России, — с карты иностранного банка или со своего счета в PayPal.

Помогите The Bell продолжить работу!

ИНТЕРВЬЮ Экономист Бранко Миланович — о причинах и последствиях войны

Бранко Миланович — профессор Городского университета Нью-Йорка и Лондонской школы экономики, один из главных мировых специалистов по глобальному неравенству. После начала войны он стал одним из самых пристальных наблюдателей за Россией среди мировых экономистов — Миланович читает российские СМИ и почти ежедневно комментирует ситуацию в твиттере.

Россия, как отмечал Миланович в предисловии к русскому изданию своей книги «Глобальное неравенство» в 2016 году, входит в пятерку самых неравных стран мира. Миланович связывает такой высокий уровень неравенства с посткоммунистическим транзитом 1990-х годов, когда многие представители среднего класса, в том числе из числа сотрудников госпредприятий, потеряли в доходах. При этом положение среднего класса в стране крайне важно для стабильности в обществе, указывал экономист.

Сейчас именно средний класс вместе с беднейшими слоями населения понесет главные потери из-за войны в России, считает Миланович. При этом надеяться на импортозамещение или новую индустриализацию — не стоит. Стране предстоит невиданный эксперимент, при котором она попытается удержать экономику с помощью «регрессивного» импортозамещения, то есть перехода на устаревшие технологии и дауншифтинга высококвалифицированных кадров.

О том, на что будет способна экономика под санкциями, что будет, когда она откроется, как неравенство проявляется на войне и почему элиты оказались не способны ничего ей противопоставить, читайте в нашем интервью.

ИСТОРИИ Что известно о покупателе российского McDonald's

Новым владельцем российского бизнеса уходящего из страны McDonald’s, как и предсказывал The Bell, на этой неделе стал экс-совладелец компании «Южкузбассуголь» Александр Говор. Его карьера — хрестоматийна для российского капитализма последних десятилетий. С первым угольным бизнесом ему пришлось расстаться в середине 2000-х — после двух аварий, в результате которых погибло 148 шахтеров. Теперь Говор — владелец нефтеперерабатывающего завода в родной Кемеровской области, а его сын, долгое время управлявший остальными бизнесами отца, — депутат кемеровского заксобрания от «Единой России» (биография Говора-старшего заслуживает того, чтобы прочитать ее целиком). Новый владелец будет развивать российский бизнес McDonald's под другим брендом. Покупатель обязался сохранить штат сети ресторанов, не меняя условия труда как минимум два года, оплачивать зарплаты сотрудников корпоративного офиса McDonald's в России до его окончательного закрытия, а также выполнять все обязательства перед поставщиками и владельцами помещений.

ИНВЕСТИЦИИ Потерянные годы доходности

Военная операция России в Украине грозит превратиться в затяжной конфликт. И инвесторы с этим, похоже, уже смирились. В апреле-мае их внимание снова переключилось на инфляцию в США и ставки ФРC: если в марте 44% управляющих, опрошенных Bank of America, считали войну главным риском для рынков и мировой экономики, то уже в апреле — только 16%, а в списке рисков война переместилась на 4-ю строчку. Рынки считают, что война будет иметь локальное значение, отмечал в апреле редактор Bloomberg Джон Отерс. Но если она затянется на месяцы или даже годы, ее влияние будет куда более значительным: для рынков это будет означать годы потерянной доходности, более высокую инфляцию и ставки в развитых странах, замедление роста техногигантов и миграцию инвесторов на рынке частного капитала. О том, какие долгосрочные последствия такой сценарий будет иметь для рынков, подробно рассказываем здесь.

]]>

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх